Текущее время: 23 май 2018, 23:26

Часовой пояс: UTC + 3 часа





Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 
  Для печати | Сообщить другу Пред. тема | След. тема 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Мороз и Ягоды
СообщениеДобавлено: 20 июн 2010, 01:12 
Не в сети
Автор
Цитата
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 окт 2009, 20:40
Сообщений: 531
История, которую я вам расскажу, весьма трагична, но не столь однозначна, как это может показаться на первый взгляд. Не будем делать поспешные выводы из того, о чем пойдет рассказ. А он о судьбе подростка, совсем еще мальчика, погибшего в 1939 году в тюрьме НКВД.
Сохранились несколько его писем и небольшой дневник. Жила дружная московская семья. Папа, мама и три сына. Папу арестовали в июле 1937, маму – два месяца спустя. Четырнадцатилетнего Володю Мороза с 8-летним братом Сашей по путевке НКВД направили в детский дом.
Володя был отличником, пионером, награжден похвальным листом, отличался примерным поведением, готовился стать комсомольцем, но все рухнуло в одночасье. В том же 1937 году отца расстреляли, мать как члена семьи изменника Родины отправили на 8 лет в лагеря. А вскоре был арестован и его старший брат.
Не самое лучшее место Анненковский детский дом, расположенный в Кузнецком районе Куйбышевской области. Дети, далеко не примерного поведения, да и не лучших интеллектуальных способностей, злобные и тупые учителя и воспитатели. Не говорю уже о бытовых условиях. Каково умненькому мальчику, выросшему в интеллигентной семье московских служащих, оказаться в такой обстановке?
Не жизнь, а невыносимое существование. Об этом и многом ином Володя написал в неотправленном письме товарищу Сталину. «На мою голову [обрушива]лись удар за ударом, несчастье за несчастьем. Я терпеливо сносил. Затем меня отправляют в село Анненково. Представьте мое положение в д/д. В голове мрачные мысли. Я превратился в какого-то мизантропа: чуждаюсь людей, в каждом вижу скрытого врага, потерял всякую веру в людей. А почему я одинок? Да только потому, что общий интеллектуальный уровень воспитанников д/д и учащихся школы много ниже моего. Это не хвастовство. А школа? Школа настолько убога, преподаватели (за исключением 2-х) настолько посредственны, что ее посещать даже не хочется. Я желаю получить максимум знаний, а тут получишь их минимум, да и тот неполный. Ну, как после этого быть довольным. Вы можете подумать, что я слишком изнежен, сентиментален. Нет, нисколько. Я лишь требую счастья, счастья настоящего, прочного… Т. Сталин, я опускаюсь все ниже и ниже, лечу с головокружительной быстротой в какую-то темную бездну, откуда выхода нет. Спасите меня, помогите мне, не дайте погибнуть!».
Взрослые люди от таких ударов судьбы, которые достались на долю Володи, сгибались, а каково ребенку? Сломался? Потерял веру в себя и людей? Приспособился, стал как все? Нет. Второе, дошедшее до наших дней письмо Володи, говорит об ином. В письме старшему брату, тоже им не отправленном, Володя предстает отнюдь не сломленным человеком: «Я напишу такое письмо в НКВД скоро, что меня упрячут в надежное место. Пусть, я буду рад этому!!! Они хотят, чтоб я отупел, чтоб я не мог бороться против зла, а следовательно, против них, но фокус не пройдет. Господа из НКВД просчитались. Я буду бороться, кричать, звонить! Я буду везде говорить об их жестокости, прямом насилии! Я не боюсь их теперь! Долой страх!».
Наивная детская смелость? Подростковый максимализм? Есть, конечно. Но главное - ненависть к чекистам, партийным функционерам, которая переполняет его. Володя в своем дневнике пишет: «Ненасытные звери, неужели вам мало жертв? Уничтожайте, грабьте, убивайте, но помните, что час расплаты настанет».
Мало кто из детей его возраста имел четкие представления о ситуации в стране. Да и откуда дети могли почерпнуть знания? Пропагандистская машина работала хорошо. Кто из родителей рискнет сказать что-нибудь лишнее при детях? А тем более в школе. Плюс бодрые киножурналы, правильные книги. Впрочем, и сам Володя до ареста его родителей вряд ли задумывался о том, что происходит вокруг.
Но удары судьбы заставили думать, анализировать, сравнивать самому. Взглянуть по-иному, по-взрослому на окружающую жизнь. Пройдя тяжелые испытания, перевернувшие всю его жизнь, уже находясь в детском доме, Володя смог это сделать.
«Подхалимство, ложь, клевета, склоки, сплетни и прочие дрязги процветают, - пишет он в своем дневнике. - А почему? Потому что народ – низок? Нет. Потому, что низка кучка негодяев, держащая власть в своих руках. Если бы человек, заснувший летаргическим сном лет 12 тому назад, проснулся, он был бы просто поражен переменами, произошедшими за это время. Старого руководства он не нашел бы. Он увидел бы в правительстве безусых глупцов, ничего не сделавших для победы революции, или пожилых негодяев, продавших за собственное благополучие товарищей. Он не увидел бы «бывших» легендарных командиров Красной Армии, он не увидел бы строителей и организаторов революции, не увидел бы талантливых писателей, журналистов, инженеров, артистов, режиссеров, дипломатов, политических деятелей и т. д. Все новое: и люди, и отношения между ними и противоречия, и, наконец, сама страна. Все изменило свой прежний облик. Но к лучшему ли? Внешне, да. Существенно, нет. Подхалимов уважают, клеветников внешне бичуют, а действительно боятся, негодяи в моде. Тысячи людей несчастны. Тысячи людей озлоблены сильно, до жуткости. И это озлобление прорвется и огромною волною смоет всю эту грязь вон».
Смелый, умный, честный мальчишка, не побоявшийся написать ужасно крамольные для того времени строки. Многие ли взрослые на такое способны? А он смог. А когда был арестован, то на допросах не отказался от своих слов.
«Кучка сытых, зажиревших людей нагло правит государством, 90% населения которого – несчастные люди. Молчалинство, хлестаковщина, лицемерие и т. д. процветают. Под видом общего прогресса скрывается упадок морализма в нашей стране. Очень хочется воскликнуть:
Долго ль русский народ
Будет рухлядью господ?
И людями, как скотами,
Долго ль будут торговать!»
Перед нами подросток - герой, сумевший плюнуть в лицо врагам и мучителям? Не спешите делать такой вывод. Эта история, как я уже написал в начале статьи, не столь однозначна. И за внешним героическим ее трагизмом скрываются подводные камни, способные разбить первоначальное мнение об этом деле. Есть оборотная сторона, о которой я специально умолчал. Она объясняет многое.
Папа Вовы Мороза был не обычным советским служащим, каких по стране миллионы. Григорий Семенович Мороз работал Председателем ЦК профсоюза работников госторговли. А-а, скажете вы, торгаш, профсоюзный бюрократ. Безобидный чиновник.
Ну, что вы. В те времена каждая кухарка могла управлять государством, поэтому партийно-советские кадры постоянно тасовали. Вот, Ягода, из фармацевтов стал наркомом НКВД, после – наркомом связи, Ежов был рабочим кроватной фабрики, и тоже стал наркомом НКВД, а затем наркомом водного транспорта. А мог бы быть каким-нибудь начальником Главпива.
Так и папа Володи Мороза сменил много мест, прежде чем стать профсоюзным чиновником. До этого он был председателем Московской контрольной комиссии ВКП(б). Еще до этого секретарем Уральского обкома партии, а еще до этого работал в ЧК. И не рядовым чекистом, а был Григорий Мороз членом Коллегии ВЧК, членом Президиума ВЧК, возглавлял Следственный отдел своей грозной организации.
Немало крови, надо полагать, на его руках. Редко в том заведении встречались те, у кого руки не были по локоть в крови, а чаще и по плечи. Зря не стали бы его награждать орденом Красного Знамени, а в 1922 году знаком «Почетный работник ВЧК-ГПУ». И ведь шестым по счету! Мороз смог обогнать Менжинского, Ягоду, Бокия, Мессинга, Лациса, Артузова и других знаменитых чекистов. Достаточно сказать, что печально знаменитый Кедров был в списке награжденных лишь под номером 52, а Яков Агранов – под № 56. Хорошо, видать, работал товарищ Мороз в деле уничтожения контрреволюционеров и представителей враждебных классов!
Мама. О маме мальчика известно очень мало. Есть ее письмо из лагеря на имя Берия. Фани Львовна Крейндель-Мороз писала: «Я с самых ранних лет честно работала и даже в лагере с января 1938 года также работаю по специальности – я фармацевт». Работа, как работа. Все-таки не на лесоповале, как другие. И не расстреляли как коллегу по фармацевтической специальности Ягоду.
О старшем брате Володи Самуиле Морозе известно больше. Из письма матери на имя Берия известно лишь, что Самуил отлично окончил 10-летку, а 21 марта 1938 года был осужден на 5 лет за принадлежность к молодежной антисоветской организации. Зато о нем впоследствии написал И. Рубинштейн в рассказе-воспоминании о своих школьных годах («Джон Ланкастер»). «Не по-еврейски – высокий и широкоплечий, по-еврейски – сутулый, лысый, сливоносообразный и тоскливоокий. Походочка - чаплинско-карандашная, с подволокой обеих ног. Да, и еще - губы: верхняя - не по-еврейски нормальная, нижняя - по-еврейски вздутая и сильно оттянутая вниз. И обе всегда в легком расплытии – даже если чем-то недоволен. А недоволен Сэм бывал часто».
Семья Морозов не входила, конечно, в ближний круг, но была знакома со многими видными большевиками. Не надо удивляться – все двадцать лет, прошедших со дня революции, Григорий Мороз входил в номенклатуру новой власти. Не случайно, что он с семьей жил в знаменитом Доме правительства (ул. Серафимовича, 2), где обитала лучшая советская элита.
Морозы были знакомы с Аллилуевой, их соседями по даче были Ярославские (это семья Минея Губельмана-Ярославского). Пайки, конечно. Привилегированный отдых на море. Все, как у людей. Заслуженных людей. Вот и дети росли умненькими, образованными. А родись они в обычной семье, или и вовсе окажись сиротами, с раннего детства обитающими в каком-нибудь Анненковском детдоме, мечтой которых была лишняя порция жидкого супа, каким оказался бы их интеллектуальный уровень? Наверное, таким же, как и у других сирот, о которых с долей презрения отзывался Володя.
И компанию они водили бы не с детьми Ярославского, а с будущими урками и пьяницами. Но, отец в годы революции сумел подсуетиться. Проявил революционную твердость в отношении контры, дворян, буржуазной интеллигенции и кулаков-мироедов. Помог очистить страну от них («талантливых писателей, журналистов, инженеров…», и т. д. в Володином дневнике), включая и подрастающих контриков – буржуйских детишек, потому-то и заслужил себе и своей семье хорошую жизнь при советской власти. И дети его этим заслуженно пользовались. Кстати, вы не обращали внимания, как много детей у людей из партобоймы появилось в двадцатые годы? Даже уже у немолодых революционеров. Просто поняли они, что настало их время. Новая элита страны требовала потомства. Не детям же советских кухарок передавать бразды власти?
На допросе Володя Мороз сообщил имена своих московских друзей. «Круг моих близких знакомых очень ограничен, по гор. Москва я хорошо знаю, как своих товарищей, Кисина Анания Абрамовича; братьев Фрунзик и Владимира – сыновья Емельяна Ярославского; Мартынова Владимира, Калачева Евгения, Филлера Владимира Самуиловича, с которыми я знаком по школе. Часть из них, как напр[имер], Ярославские летом жили на даче по соседству с нами, где я познакомился».
Кто же был родителями его друзей? К сожалению, не названы отчества у Владимира Мартынова и Евгения Калачева, скорее всего, Володя не знал по имени их отцов – ведь в школе учились не только дети советской элиты. Зато отцов остальных его приятелей по приведенным фамилиям и отчествам найти не составило труда.
Кисин (Киссин) Абрам Ананьевич. Член коллегии Наркомата внешней торговли (кстати, наркомом был Аркадий Розенгольц бывший начальник Главвоздухофлота, иначе говоря, командующий Воздушным флотом РККА, это я к тому, как тогда легко «кухарки» меняли профессии). Арестован, будучи начальником Главпива. Расстрелян.
Филлер Самуил Ионович. Один из руководителей ЧК Москвы, член коллегии МЧК. С 1935 года пошел по стопам Мороза – стал председателем ЦК профсоюза работников суда и прокуратуры. Но ему повезло, все обошлось, и Филлер благополучно дожил до персональной пенсии. Похоронен не в братской безымянной могиле, как его подельники по ЧК и партии, а на Новодевичьем кладбище.
Емельяна Ярославского (Минея Губельмана) представлять не нужно. Сей выдающийся большевик, как один из лучших сынов страны, похоронен на Красной площади у Кремлевской стены. А его сыновья спокойно выросли и заслужили похорон на Новодевичьем кладбище. Каждому – свое.
Невзгоды, свалившиеся на Володю, заставили его думать и мучительно переживать удары судьбы. «Снова тоска и тоска, - пишет он в своем дневнике. - И снова настойчиво в голову лезет: а чем еще я виноват? За что меня послали сюда, в эту незаслуженную ссылку? По-моему, для того, чтобы я окончательно отупел, чтобы я не понимал происходящее, чтобы я не мог бороться против лжи и несправедливости...».
А разве до ареста его родителей он боролся против этой лжи и несправедливости? Если он и задумывался о смысле вещей, то, наверное, считал свое прежнее положение вполне справедливым и заслуженным. А в чем заключалась вина его сверстников, детей дворян, мещан, крестьян, которых друзья-подельники его отца расстреливали, отправляли в лагеря и детдома? Тем, что у них было неправильное происхождение? Понял ли он это, когда и с ним приключилась такая беда?
Нет. Наоборот, он восхищается чекистами и большевиками революции. Он их искренне жалеет, переживает за них. В своем дневнике Володя пишет: «В этот день был убит неким Николаевым С. М. Киров. Убийца был связан с Зиновьевым, Каменевым и др., организовавшими Московский и Ленинградский антисоветские центры. Их судили. Судили жестко и открыто. Им предъявили, надо сказать, довольно тяжелые обвинения. А именно. Их обвинили в желании восстановить капитализм в СССР, в поджогах, убийствах, диверсии, шпионаже и т. д. Народ «требовал» смерти виновных. Несомненно, что он требовал под чьим-то давлением. Под чьим, неизвестно!? Представляю себе состояние подсудимых. Все они ведь старейшие члены партии, неоднократно ссылались, сидели в тюрьмах, страдали. За что!! За приближение смерти, за погибель от рук тех, за кого они боролись! «Справедливый, правый, суровый» суд установил, что группа ЗИНОВЬЕВА пошла на преступления вследствие «лютой» ненависти к СССР. Но как же они могут питать «лютую» ненависть к народу, за счастье которого они боролись... Как много они могли принести пользы!»
Обратите внимание на строки: «Все они ведь старейшие члены партии, неоднократно ссылались, сидели в тюрьмах, страдали. За что!! За приближение смерти, за погибель от рук тех, за кого они боролись!». Ссылались и страдали… Но можно ли сравнить царские тюрьмы с тюрьмами послереволюционного периода? В статье «Памяти большевички, растерзанной рабочими» об этом написано и сравнение явно не в пользу большевистских застенков.
Володя Мороз близко к сердцу принял «состояние подсудимых». А когда друзья его отца с энтузиазмом и большевистским задором выполняли наказ «несчастного» Зиновьева: «Мы должны увлечь за собой девяносто миллионов из ста, населяющих Советскую Россию. С остальными нельзя говорить – их надо уничтожать», то поступали правильно?
Питали ли лютую ненависть к народу Зиновьев и Бухарин, Каменев и Мороз-папа? Даже если и не питали, то вряд ли пылали к народу любовью. Для них люди были простыми винтиками, а они – заслуженными большевиками.
«И снова процесс. Процесс «антисоветского троцкистского центра» в составе Пятакова, Радека, Сокольникова, Серебрякова, - продолжает Володя в своем дневнике. - Приговор – снова расстрел всем за исключением Радека, Сокольникова, Строилова, Арнольда. Почему оставили Радека? Вероятно, этот вопрос стоял перед многими. Разрешение его одно – они испугались убить такую личность, такой ум. За процессом потянулось время, еще более ужасное своими событиями. Достаточно сказать, что вплоть до 1938 г. были арестованы такие люди как Бухарин, Рыков, Угланов, Рудзутак, Антипов, Бубнов, Пятницкий и много других наркомов (почти всех ответственных работников, инженеров и т. д.) События ужасающие! Арестована вся прежняя верхушка партии и правительства. А старые друзья арестованных, страхуясь, кричат: «Смерть врагу народа», «Смерть шпионам» и т. д. И все это носит название справедливости!»
Знал ли мальчик Радека? Вряд ли, иначе не написал бы этих строк про столь ничтожную личность. Несправедливо с ними поступили? Справедливостью были роскошные квартиры, когда люди в стране ютились по баракам. Справедливостью были спецпайки, в то время как другие умирали с голоду. Справедливостью были личные повара и домработницы…
Интересно, что сказал бы его отец на тот стишок, который Володя привел в своем дневнике? «Долго ль русский народ будет рухлядью господ?». Господами были его отец и мать, да и сам Володя тоже.
Многих детей партэлиты коснулась участь мальчика. Все переносили ее по-разному. Многие сникли и смирились. Некоторые, наоборот, повели себя вызывающе и агрессивно – они же дети элиты! Например, сын Ионы Якира. Тот же Володя Мороз.
Вот, что было написано в его характеристике, предоставленной в НКВД. «Мороз Владимир Григорьевич 17 лет прибыл в Анненковский детдом по особой путевке НКВД СССР в октябре м[есяце]це 1937 года. За время пребывания в детдоме проявил себя обособлено от всего коллектива воспитанников. В общественно-полезной работе участия не принимал, нагрузки детского самоуправления не выполнял сознательно. Правила внутреннего распорядка не выполнял: курил в спальне, отлучался без разрешения из пределов детдома, ко сну вовремя не являлся. К воспитателям и старшим относился пренебрежительно, на замечания воспитателей отвечал злой улыбкой и не выполнял распоряжения воспитателей.
Трудовые процессы не выполнял и категорически отказался посещать мастерские.
Директор детдома И. Свиридов».
Сразу отметим: Володе приписали два года. Вначале это сделал следователь для санкционирования его ареста. Затем директор детдома, надо полагать, по подсказке органов – характеристика появилась после ареста. Может быть, директор детдома, характеризуя мальчика, соврал, подстроился под запросы следствия? Да нет. Вот из письма брату Самуилу: «Муля, вышли мне немедленно по получении этого письма папиросы. Курить нечего». Курил мальчик, особо это и не скрывал. Помните, в школе «был примерного поведения»? Не очень-то послушным мальчиком выглядит он в характеристике. Грубый, своенравный – но таково воспитание.
Вот и вся его смелость в письмах тоже всего лишь следствие воспитания. В таких семьях среди детей часто прививалось высокомерие, нагловатость, хамство, пренебрежение к тем, кто стоял ниже по социальной лестнице. А после расстрела отца добавилась и ненависть к власти, посмевшей это сделать.
Читая материалы дела, письма, дневник мальчика, начинаешь понимать, что вовсе не чувство справедливости к людям страны двигало поступками мальчика, а только личная обида и ненависть. И уже нет героя, вместо него появляется издерганный, опустошенный, нелюдимый, ненавидящий всех и все вокруг подросток, озабоченный только собой и презирающий других.
Я далек от того, чтобы полагать Володю лживым и подлым человеком, как это считают другие люди, но никак нельзя согласиться с мнением журналиста А. Шария, изложенному в его статье «Правильная смерть нетипичного человека» (опубликована на страницах сайта http://www.from-ua.com), где он буквально воспевает геройский характер Володи.
А начинает Шарий свою статью, сравнивая жизнь и поступок мальчика с последними минутами жизни наших солдат, которым перерезали горло смелые бородатые парни. Именно так: «смелые бородатые парни» характеризует Шарий чеченских бандитов. Без всяких кавычек. И еще буквально наслаждается, описывая эти омерзительные сцены. «Смелые бородатые парни перерезали связанным солдатам горло, сопровождая убийство пинками и оскорблениями. Солдаты рыдали, кричали, молили о пощаде, извивались, прижимали подбородки к шеям, наивно пытаясь таким образом помешать безжалостной стали сделать свое страшное дело.
«Я не хочу умирать, мама, я не хочу!..» – кричали молодые ребята, заброшенные в этот дурацкий край по воле военкома и политиков.
А бородачи ходили от одного плачущего к другому и медленно, с наслаждением проводили ножом по горлу».
Для Шария это «человеческое предсмертное нытье со знаком минус», а поступок Володи, соизмеримый с человеческим плевком в лицо палачам, это огромный знак плюс. Он так и пишет: «Нетипичных людей, способных не целовать хромовые сапоги, не лизать галифе и не заливать слезами пол пыточной, а смачно харкнуть в ненавистные рожи, уважали на нашей земле всегда». И к таким людям он относит Володю.
Для Шария «такие люди – не попсовая галька, они – алмазы, …умевших переступить через подленькое чувство самосохранения». Понимал ли журналист, что своим рассказом о том, как обнаружили письма мальчика, он и своего кумира показывает вовсе не бесстрашным героем, а скорее человеком с тем самым подленьким чувством самосохранения?
«Однажды у Мороза украли штаны. Воровали в детдоме много и часто, но для Вовы пропажа старых казенных брюк стала настоящей трагедией.
Мальчишка рыскал по территории в поисках пропажи, заглядывал в самые неожиданные места, проверял и перепроверял все «нычки», известные воспитанникам детдома. Тщетно.
Почему Вова с таким рвением искал украденную часть гардероба, стало известно чуть позже.
Воспитательница, заглянувшая в печь, обнаружила там сваленное в кучу тряпье. Извлекла гору одежды, и ахнула – вот где они, брюки пропавшие! В кармане одних штанов что-то шуршало, и женщина извлекла на свет Божий ворох бумаг. Аккуратным почерком было выведено «Уважаемый товарищ Сталин!». Пробежав глазами жмущиеся друг к дружке строки, женщина схватилась за сердце...».
Вот и получается, что Володя писал эти письма вовсе не для того, чтобы их отправить. А потеряв их, он сильно испугался. Как, наверное, было бы и с большинством его сверстников. Да и не только сверстников.
Но Шарий лепит скульптурный образ борца-героя. «Как вы думаете, что отвечал начитанный школьник, отлично осознающий, куда он попал и что ему грозит?
Полагаете, стал он ползать по полированному паркету кабинета, думаете, начал сапоги целовать, как делали это героические жертвы сталинского террора типа Бухарина, Рыкова и прочей кровавой швали? Ничего подобного.
Он отвечал по делу, четко, внятно.
Он открыто дерзил, словно бросал вызов в лицо этому уставшему от вала расстрельных приговоров оперуполномоченному.
При этом, несмотря на то, что все его мало-мальски знакомые ребята из детдома написали на него «обличающую петицию», несмотря на то, что он остался абсолютно один на огромной льдине, Вова за собой никого не потянул».
Читая протокол допроса, можно сказать одно: Шарий все выдумал. Обычный по тем временам допрос, обычный протокол. Дерзил ли мальчик, или, наоборот, был готов умолять следователя, сухие строки протокола скрывают детали происходившего. А то, что Вова никого «не заложил» из детдомовских мальчишек, так это потому, что не было у него там друзей. А ведь следователь интересовался его друзьями. В Москве были – Вова их назвал. В детдоме не было – не назвал.
И уж совсем дико смотрятся утверждения журналиста о душе и мыслях следователя сержанта государственной безопасности Огородникова. «Я убежден – опер, допрашивавший Володю Мороза, испугался. Я больше чем уверен – все, кто вел это дело, дрогнули. Когда распинаемая жертва смеется и плюет в лицо палачу, это всегда жутко для тех, кто казнит.
Будь его воля, опер пристрелил бы мальчика сразу же, в кабинете, на середине допроса. Прикончил бы, расчленил, да и сжег в печке-буржуйке. От греха подальше. Очень уж страшный мальчуган перед ним сидел».
Ночами все местное НКВД не спало, ужасаясь страшному мальчику?.. «Затолкали в камеру кузнецкой тюрьмы № 1. Состряпали приговор, отлично понимая, что такой «инопланетянин» может наделать дел не только после освобождения, но и в камере. А так как советская власть одиночек для врагов народа не предусматривала, остро вставал вопрос: что с начитанным и патологически бесстрашным идиотом делать?»
И «Вова «скоропостижно скончался», не отсидев и года. По официальной версии, то ли от туберкулеза, то ли от воспаления легких».
Ох, эти фантазеры-журналисты… Они, кстати, не такие и безобидные. Вспомните приведенные строки о казненных российских солдатах. Кто для Шария Женя Родионов, отказавшийся снять нательный крестик и принять ислам и за это казненный «смелыми бородатыми парнями»? А ведь он был только чуть-чуть постарше обожаемого журналистом «щуплого московского мальчика-еврея, носившего русское имя Вова и не менее русскую фамилию Мороз».
Кстати, с чего это Мороз был щуплым? Вспомните характеристику старшего его брата: «не по-еврейски – высокий и широкоплечий». Скорее всего, и Володя щуплым не был. А из таких вот физически сильных, безжалостных, умненьких детдомовских мальчиков с характером, мальчиков, ненавидящих и презирающих других, вырастали воровские паханы.
А пройди стороной репрессии его семью (как, к примеру, произошло с семьей его школьного друга Володи Филлера), не пошел бы Мороз по стопам сына Кедрова, такого же заслуженного чекиста, как и его папа? Психопат, мерзавец и палач – так рисуют Кедрова-младшего его современники. А чекист Андрей Свердлов, сын Якова Михайловича Свердлова? Да, страшно себе представить, что могло получиться из мальчика Вовы, если бы его отец избежал репрессий. Да и иного трудно ожидать: в такой семье, семье врагов и воспитывали врагов. Врагов, умиравших персональными пенсионерами и погребавшихся на Новодевичьем кладбище…
Судьба Володи была печальной, но никто его не расчленял и не жег в печах-буржуйках. «По постановлению Особого Совещания при НКВД СССР от 25 октября 1938 года за антисоветскую агитацию был заключен в исправительно-трудовой лагерь сроком на 3 года Мороз Владимир Григорьевич». Страшному и ужасному для чекистов Володе дали всего три года – очень мягкий по тем временам приговор. Почему? Да потому что никто его не боялся. Не было никакого мальчика-героя. И следователи это видели. Тем более что все у них было поставлено на поток. Чекистско-большевистская система пожирала сама себя. Были палачами, стали шпионами и террористами. А в годы хрущевской оттепели почти всех их, настоящих врагов, реабилитировали. Выжившим дали отдельные квартиры и персональные пенсии. А сегодня их дети и внуки умильно вспоминают своих репрессированных Сталиным предков, какими бы палачами те ни были. Того же Ягоду, к примеру.
Именно при нем началась компания репрессий. Московский процесс против группы Зиновьева, о котором с таким сожалением писал в своем дневнике Володя Мороз, был делом рук наркома НКВД Ягоды. И «такая личность и такой ум» как Радек был арестован тоже при Генрихе Ягоде. Впрочем, Ягода вроде и не Ягода вовсе. Настоящее его имя – Енон Гершонович Иегода. Личность ничтожная.
Лев Троцкий так его характеризовал: «Очень точен, чрезмерно почтителен и совершенно безличен. Худой, с землистым цветом лица (он страдал туберкулезом), с коротко подстриженными усиками, в военном френче, он производил впечатление усердного ничтожества». Бывший фармацевт (как и мама Володи Мороза) стал главным чекистом страны. По воспоминаниям современников Ягода был невероятно высокомерен и тщеславен, вел себя грубо и развязно, постоянно сыпал нецензурщиной. Впрочем, он ли один? Не думаю, что Григорий Мороз был примером культурного человека. В отношении тех, кто ниже его по социальной лестнице, конечно.
Ягода, троюродный брат Якова Михайловича Свердлова, вторично породнился с ним, женясь на его племяннице Иде Авербах. От этого брака был мальчик Гарик (Генрих). Ягода был арестован в том же 1937 году, что и папа Володи Мороза. Разве что на три месяца раньше.
Судили Ягоду вместе с Бухариным и Рыковым (это о них писал в своем дневнике Володя). Приговорили к расстрелу. Были расстреляны, репрессированы и умерли в лагерях пятнадцать ближайших родственников всесильного наркома-фармацевта: жена, старики-родители, пять сестер с мужьями. Его теща, Софья Михайловна (Мошевна), родная сестра Якова Свердлова, умерла в колымском лагере.
Семилетнего Гарика после ареста Ягоды выслали с матерью и бабушкой Софьей в Оренбург. После их ареста, Гарика, как и других детей врагов народа, отправили в детский дом. Но в отличие от Володи Мороза он еще не умел писать письма с антисоветской агитацией. А может быть, и характером не вышел. По крайней мере, директор детдома и заведующая учебной частью помогли ему сменить ненавистную всем фамилию Ягоды на менее известную фамилию матери – Авербах.
Но после войны, когда Гарику было 16 лет, он допустил оплошность: при поступлении в железнодорожный техникум в анкете указал, что его отцом был Ягода. Этого оказалось достаточно для исключения из техникума, а позднее, в 1949 году Авербах-Ягода был осужден на 5 лет.
В дальнейшем Генрих получил инженерное образование, а умер в Израиле, куда он уехал с семьей.
О своем отце с теплотой вспоминала его дочь Виктория. Об этом рассказал читателям Леонид Мухин в статье «Мой дед – Генрих Ягода» («Живой Ангарск», 28.04.2010).
«О Сталине отец отзывался как об убийце. Про свое происхождение папа ничего не говорил и про деда не рассказывал. Он говорил: «Вика, Сталин расстрелял моих родителей - папу и маму, а меня спрятали и потом отдали в детский дом».
Сталин – убийца, потому что расстрелял его родителей. А скольких людей – десятки, сотни тысяч загубил его отец, он не задумывался? «После встречи с внучкой наркома НКВД Генриха Ягоды Викторией Генриховной Авербах-Комарицыной у меня отпало желание клеймить позором ее деда», - пишет Леонид Мухин. – Она не знала его, не слышала от отца о своем знаменитом родственнике по прямой линии, может, поэтому ей, как и многим людям среднего поколения, хочется сохранить о дедушке самые добрые чувства».
Сейчас мне необходимо прослезиться? То же самое журналист может написать, например, о внуках какого-нибудь Чикатило, которые не знали своего деда и не слышали от отца о нем? Напишет господин Мухин о том, что хочется сохранить о дедушке-Чикатило самые добрые чувства? А ведь Чикатило и не снились масштабы серийных убийств Ягоды.
Может, ошибся журналист? Не думаю, вот он пишет: «У всех деды в 20-м веке совершали что-то героическое: одни поднимали Днепрогэс и Магнитку, другие осваивали целину, третьи сражались на войне, четвертые ударно работали в тылу». А пятые ударно уничтожали на корню дворян, казаков, крестьян… Герои!?
«В конце концов, один Ягода не может перечеркнуть всех страданий, которые выпали на долю рассеянных по стране, расстрелянных и репрессированных из-за него родственников. В Виктории Генриховне, внучке Ягоды, тоже чувствуется порода, она наделена лучшими нравственными качествами, доставшимися ей от отца», - продолжает Мухин. Это от того Авербаха-Ягоды, который считал Сталина убийцей, но ничего не говорил о своем кровавом отце? Хорошие же нравственные качества…
Я не требую от детей говорить плохо о своих преступных отцах. Но и обвинять других, в том, что они расстреляли серийного убийцу нельзя. Ах, да, расстреляли же не только Ягоду, но и мать Генриха Авербаха-Ягоды. Она невинная, как овечка?
«Однажды он привез из Москвы большой портрет. На нем в профиль была сфотографирована аристократичного вида женщина, очень величественная и красивая. Отец сказал: «Это портрет моей бабушки». Мы поставили фотографию на письменный стол и с восхищением смотрели на него».
Ида Авербах-Ягода – безвинная жертва сталинских палачей? Не будьте так наивны. Видели бы вы список того, что было найдено в их семье при обыске. Княгини в царское время не имели такого богатого гардероба, какой был у Иды Авербах. К богатой жизни ей было не привыкать. Свердловы были не из бедных, а ее отец Леонид Исаакович Авербах владел пароходной компанией на Волге. У старших Авербахов помимо Иды был еще сын Леонид Леонидович.
Вот что писал в своих воспоминаниях бывший секретарь Политбюро и личный секретарь Сталина Борис Бажанов. «У четырех братьев Свердловых была сестра. Она вышла замуж за богатого человека Авербаха, жившего где-то на юге России. У Авербахов были сын и дочь. Сын Леопольд, очень бойкий и нахальный юноша, открыл в себе призвание руководить русской литературой и одно время через группу «напостовцев» осуществлял твердый чекистский контроль в литературных кругах. А опирался он при этом главным образом на родственную связь — его сестра Ида вышла замуж за небезызвестного Генриха Ягоду, руководителя ГПУ».
А сама Ида Авербах была помощником прокурора г. Москвы. Наивно полагать, что она не имела отношения к репрессиям. Она еще и книжку написала – «От преступления к труду». Занятная книжица. Недаром Иду Авербах называли идеологом беспощадной эксплуатации врагов народа. «Превращение наиболее скверного людского материала в полноценных активных сознательных строителей социализма» - это ее слова о ГУЛАГЕ, созданном Ягодой.
А что, Ягода был все-таки гуманистом, если сравнивать с другими временами? По крайней мере это вытекает из статьи Леонида Мухина, который так и пишет: «Я нашел слова Исаака Бабеля про дедушку Вики: «При Ягоде, по сравнению с теперешним (времена Ежова), наверное, было еще гуманное время».
Послушаешь детей и внуков репрессированных большевиков и чекистов: все как один ругают Сталина и обеливают своих отцов и дедов. Еще как обеливают! «Чем дальше уносит нас время от грозных событий ХХ века, тем светлее они становятся. С них смывается грязь, забывается наносное и остается самое светлое. «Не судите, да не судимы будете». Лучше обо всем и не скажешь» (Л. Мухин. «Мой дед – Генрих Ягода).
Но, может быть, правильнее было привести слова из дневника Володи Мороза? «Ненасытные звери, неужели вам мало жертв? Уничтожайте, грабьте, убивайте, но помните, что час расплаты настанет».
Только он писал про убийц своего отца, но мы-то должны понимать, что в той же степени эти строки применимы и для его отца, чекиста-большевика Григория Мороза и для Генриха Ягоды тоже. Для них, слава богу, час расплаты настал.


Пожаловаться на это сообщение
Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
Ответить с цитатой  
 Заголовок сообщения: Re: Мороз и Ягоды
СообщениеДобавлено: 28 июл 2010, 22:05 
Не в сети
Автор
Цитата
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 окт 2009, 20:40
Сообщений: 531
Из дневника Володи Мороза.
«И снова процесс. Процесс «антисоветского троцкистского центра» в составе Пятакова, Радека, Сокольникова, Серебрякова, - продолжает Володя в своем дневнике. - Приговор – снова расстрел всем за исключением Радека, Сокольникова, Строилова, Арнольда. Почему оставили Радека? Вероятно, этот вопрос стоял перед многими. Разрешение его одно – они испугались убить такую личность, такой ум».
А вот, что написал о Радеке (Собельсоне) Роберт Штильмарк в своем автобиографическом романе «Горсть света», когда ему довелось работать с «таким умом» в «Известиях».
«Это «острейшее перо Европы» было и острейшей, неповторимой человеческой особью. Злой, маленький, стремительный, лохматый, очкастый, бородатый, веселый, говоривший одинаково плохо на восемнадцати языках, польский еврей по национальности, близкий соратник Ленина, бывший приверженец Троцкого, ставший приближенным Сталина – этот поразительный человек-коктейль сделался главным международным рупором и трубадуром сталинщины во внешней политике. Разумеется, такой человек, обладая легендарной работоспособностью, эрудицией, публицистическим даром и циничным остроумием, не терпел ни критики, ни малейшего несогласия…
Иногда в поздние часы, как бы остывая от дневной и вечерней газетной горячки, «острейшее перо» усаживался среди сотрудников отдела и рассказывал политические анекдоты или потрясающие эпизоды из своей бурной революционной жизни. Не было тогда магнитофонов, увы, но каждый рассказ шефа так и просился в звукозапись. В присутствии Рональда он, например, рассказывал, как ехал с Лениным в запломбированном вагоне через Германию в марте 1917 года и всерьез раздражал Владимира Ильича размышлениями вслух о судьбе, ожидающей их в России:
«Быть нам с вами, Владимир Ильич, либо с министерскими портфелями, либо… с веревкой на шее!». Ленин, видимо, считал последний вариант далеко не исключенным, поэтому такие пророчества его сердили: мол, нечего рисовать черта на стене!.. От этих рассказов по спинам сотрудников пробегал священный трепет, иные бледнели, но любопытство побеждало! Слушали!
Одетый неряшливо, в каком-нибудь свитере или куртке, рассказчик попыхивал короткой трубкой-носогрейкой с кепстеном – мог бы вполне сойти за боцмана с пиратской шхуны среди восторженных и чуть напуганных салажат-слушателей. Часто он бравировал подчеркнутой нечистоплотностью, предвосхищая стиль хиппи на целые полвека! Например, он сочно повествовал, как ссорится с женой, когда та не позволяет супругу садиться в одну ванну с черным пуделем Чертиком из опасения за чистоту кобеля».


Пожаловаться на это сообщение
Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ Сообщений: 2 ] 
Быстрый ответ
Имя пользователя:
Заголовок:
Текст сообщения:
Введите текст вашего сообщения. Длина сообщения в символах не более: 60000

Смайлики
:D :) ;) :( :o :shock: :? 8-) :lol: :x :P :oops: :cry: :evil: :twisted: :roll: :!: :?: :idea: :arrow: :| :mrgreen: :geek: :ugeek:
Размер шрифта:
Цвет шрифта

 • Добавить изображение
Настройки:
BBCode ВКЛЮЧЕН
[img] ВКЛЮЧЕН
[flash] ВЫКЛЮЧЕН
[url] ВКЛЮЧЕН
Смайлики ВКЛЮЧЕНЫ
Отключить в этом сообщении BBCode
Отключить в этом сообщении смайлики
Не преобразовывать адреса URL в ссылки
Подтверждение отправки
Для предотвращения автоматического размещения сообщений, на этой конференции необходимо ввести код подтверждения. Код отображён на картинке ниже. Если из-за плохого зрения или по другим причинам вы не можете прочесть код на картинке, свяжитесь с администратором
Код подтверждения:
Введите код в точности так, как вы его видите. Код не зависит от регистра, символа нуля в нём нет.
 


Часовой пояс: UTC + 3 часа



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы можете начинать темы
Вы можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron




Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Вы можете создать форум бесплатно PHPBB3 на Getbb.Ru, Также возможно сделать готовый форум PHPBB2 на Mybb2.ru
Русская поддержка phpBB

Style supported by CodeMiles Team.