Текущее время: 18 фев 2018, 08:17

Часовой пояс: UTC + 3 часа





Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 
  Для печати | Сообщить другу Пред. тема | След. тема 
Автор Сообщение
 Заголовок сообщения: Виконт и чумазый
СообщениеДобавлено: 01 мар 2014, 09:30 
Не в сети
Автор
Цитата
Аватара пользователя

Зарегистрирован: 26 окт 2009, 20:40
Сообщений: 531
Вот и март настал. Прошло почти два года с марта 2012, когда я решил попробовать себя в прозе. Семь полноценных книг за менее чем два года. Плюс начало восьмой книги. Несколько человек заинтересовались моими планами, поэтому лучше всего ответит текст. Пока написана первая глава из примерно десяти глав будущей книги. Итак,

Виконт и чумазый

Глава 1

Эвард получил передышку, редкую на тренировках. Сейчас начинался учебный бой между Трависом и Пирри. Благородный виконт Травис и ученик касты воинов Пирри. Интересно, кто окажется сильнее? Его двоюродный брат Травис, которому недавно исполнилось одиннадцать лет, или Пирри, который был старше своего соперника на целый год с лишним? И если Травис обучался поединкам на палках пять лет, то Пирри учился воинскому искусству уже шесть с половиной лет. Зато бои на палках в его обучении считались второстепенными по значению, ведь Пирри – будущий воин, а значит, основным его оружием должен быть меч.
Соперники, взяв в руки тонкие палки, стали медленно приближаться друг к другу. Травис в легкой белой рубашке и Пирри, одетый в толстую кожаную куртку. Оба в шлемах для подстраховки – ведь удары по голове были запрещены, как и удары ниже пояса. Первым на атаку отважился Травис. Приемы боя он выучил хорошо, и Пирри уже несколько раз досталось, но нападал кузен не то что вяло, нет, но силы и желания в его выпадах Эвард не чувствовал. Пирри оборонялся, понемногу отступая, однако Эвард понимал, что это только временно. Не будет же он отсиживаться в обороне? Или так и не решится напасть? Как-никак ближник Дрейк, отец Пирри, был человеком виконта Гериха, отца юного Трависа. Но Дрейк – ближник, как и все ближники, имеющий начальный дар, а Пирри ближником не быть – он родился без дара, как и большинство сыновей ближников в третьем поколении, чей удел пополнить касту воинов.
Вот потому-то Пирри одет в толстую кожаную куртку, заметно смягчающую удары и уменьшающую размер синяков. У Трависа, как и у всех имеющих начальный дар, синяки уже к утру следующего дня станут почти не видны, а к вечеру и вовсе исчезнут без следа, какими бы большими они первоначально ни были. А вот Пирри, лишенный дара, не будь на нем толстой куртки, охал и кривился бы неделю, а то и две. Не повезло ему. Хотя как посмотреть. Ведь не чумазый же он? Каста воинов – не так уж и плохо. Если хорошо будешь владеть мечом, можешь выбиться в десятники. Но это – предел.
А Трависа через четыре года ждет Пробуждение и тогда любой воин, каким бы ловким и умелым ни был, не сможет справиться в поединке на мечах с благородным, прошедшим Пробуждение. Эварда Пробуждение ждет через год. Может быть чуть раньше или чуть позже. Несколько месяцев большой роли не играют. И тогда, взяв в руки меч, он сольется с ним, став с оружием единым целым, ведь умение владеть мечом придет тут же. Главное правильно подобрать первый меч. Он должен быть чуть тяжелее для руки, ведь благородные еще растут и набираются сил, а размеры и вес меча, при которых будет проявляться основной дар, останутся неизменными на всю жизнь.
Умение мечного боя приходит само – в этом заключается основной дар. Но если мальчик до Пробуждения по собственной глупости или глупости родителей или опекуна учился мечному бою, то этот дар мог сыграть с пробудившимся злую шутку. Благородный так и останется привыкшим к легкому детскому мечу. Короткий меч в сильных мужских руках – это смешно! Эвард не видел таких неудачников, но отец рассказывал, что в соседнем герцогстве один из виконтов попался в такую вот ловушку. А не надо было пробовать биться на мечах. Тренируйся на палках. Как и все мальчики из благородных.
А Пирри все же решился и перешел в наступление. Теперь Травис ушел в оборону. Конечно, кузен умело отбивал удары Пирри, но ученик воина, в отличие от соперника, действовал активно, с желанием и напором. И напор смог пробить защиту юного виконта. Тот уже получил несколько болезненных ударов палкой, даже пару раз легонько вскрикнув. А теперь, вероятно, желая уберечь пострадавшее место, неудачно раскрылся и Пирри нанес сильный рубящий удар в район плечевого сустава левой руки. Травис, левша, вскрикнул и выронил палку, схватившись правой рукой за больное место. Если бы палки, на которых дрались мальчики, были потолще и потяжелее, то перелом ключицы Травису был бы гарантирован. А кость – не синяк, за день не залечится. Неделю, а то и больше пришлось бы кузену ходить с раненой рукой. Но неделя – не несколько месяцев, которые нужны человеку, лишенному начального дара, чтобы срастить перелом и полностью восстановить работоспособность руки.
А братцу совсем не нравится проигрывать – вон как зло щерится, выпячивая нижнюю губу. Не ошибся ли Пирри, отважившись победить юного виконта? Как бы в будущем не поплатиться за это. Травис малец довольно мстительный. Вот вырастет... Хотя мало что изменится. Как был виконтом, так и останется. Графом-то со временем станет он, Эвард. Станет согласно законных прав наследования. От отца к старшему сыну. Точно так же, как стал графом милорд Дженрис, его отец, а вовсе не виконт Герих, его дядя. Дядя по дедушке, старому графу Ричмонду, погибшему в стычке с корнильцами двадцать лет тому назад. Его отцу еще не пришло Пробуждение, как пришлось надеть графскую корону. А дядя виконт Герих был и вовсе десятилетним мальцом.
У отца и дяди были разные матери. Мать отца, то есть родная бабушка Эварда умерла сразу после родов, вот дедушка и взял себе новую жену. Бабушка была из рода герцогов Меленвильских, а вторая бабушка, которая не родная Эварду, происходила из семьи простых баронов Тростенов. Дядя Герих поэтому очень переживал. Но больше переживал, наверное, потому что он навсегда так и останется виконтом. Графом ему не быть. Ни ему, ни его сыну Травису.
От отца к старшему сыну. Это закон. А если старших сыновей не один, а два? Да, да – два. Редкий случай, когда рождалась двойня, но такие случаи все же были. И один из них произошел не где-то там далеко, а здесь, в их родовом замке. Четырнадцать лет назад графиня родила двойню. Два мальчика-близнеца, Эвард и Тимрес. Ну и кому быть наследным виконтом? Вот так задача! Хранители знаний говорили, что в истории было несколько таких случаев. И во всех, кроме одного, наследование титула достигалось в результате поединка. На мечах и без кольчуг. У проигравших шансов выжить не было, несмотря на их дар к быстрому заживлению ран. Мечи были острые, да и победители совсем не хотели иметь выживших в поединке претендентов на их титул.
А в одном случае, случился он так давным-давно, что многие, слышавшие о нем, недоверчиво пожимали плечами, произошло нечто странное. Действительно, трудно в такое поверить. Один из братьев добровольно отказался от титула. Разве не глупец? И ведь не из-за трусости отказался, потому как сразу же уехал из графства, завербовавшись на какую-то войну и храбро там погиб. Не трус, значит. Тогда почему отказался от поединка? Глупец. А как иначе? Неужели Эвард отказался от титула, если, скажем, на него претендовал бы Травис? Не отказался бы, как не отказался бы и Травис. И в поединке определился бы владелец графской короны, а проигравший претендент пополнил бы их родовой склеп.
Но Травису поединка не видать, он же не родной брат-близнец, каким был Тимрес. Эварду повезло, двенадцать с половиной лет назад, когда им с братом было по полтора года, Тимрес погиб. Неизвестные напали на их карету, когда мама возвращалась домой из поездки в гости к своему брату, местному барону. Двух солдат охраны оказалось мало. Они смогли задержать убийц только на несколько минут. А затем бандиты бросились нагонять умчавшуюся вперед карету. Возница гнал быстро, поэтому у преследуемых появился шанс добраться до ближайшего села. Бандиты это тоже поняли и стали стрелять из луков и арбалетов. К несчастью, графиня выбрала для поездки карету с открытым верхом. Болт попал маме в спину, и она упала вместе с Тимресом прямо под копыта бандитских лошадей. А служанку, которая держала Эварда, убили на подъезде к окраине села. Бандиты не решились продолжить преследование, а возможно, посчитали убитым и Эварда, поэтому повернули назад.
Через несколько часов граф Дженрис в сопровождении своих солдат проехал по обратному пути. Маму нашли мертвой и без всех драгоценностей, а Тимрес исчез – тело погибшего брата, наверное, утащили дикие звери. И Эвард стал единственным наследником графского титула. Отец так и не женился, хотя был совсем юным, а желающих стать графиней Ралльской было много. Если бы Тимрес тогда не погиб, то после смерти отца Эварду пришлось бы скрестить мечи в поединке с братом. И убить его или погибнуть самому.
- Милорд, прошу подготовиться к поединку, - голос Дрейка вывел Эварда из раздумья.
Сейчас настал его черед. Бой с Конни, старшим сыном Дрейка, соответственно старшим братом Пирри. Конни – это серьезно. На два года его старше, выше больше чем на полголовы, а его широкие плечи не чета плечам Эварда. Два десятка учебных боев, произошедших за последние годы, не принесли Эварду ни одной победы. Ни одной.
Прибежавший мальчишка из чумазых с неизменным поклоном протянул Дрейку палки для боя. Ого! А палки-то учебные, а вовсе не для поединков. Толстые, увесистые, ударом такой палки запросто можно сломать пару ребер или вот, к примеру, как удар в предыдущем бою, ключицу. Мальчишка ошибся? Нет, Дрейк даже не посмотрел на чумазого, значит, тот принес правильно. Эвард ничего не понимал, ведь и Конни, у которого нет начального дара, кожаная куртка может не спасти от удара такой дубинки.
Эвард внимательно присмотрелся к своему противнику и как-то разом похолодел. Куртка на Конни была какая-то иная, чем раньше, сидела на нем так, как будто под ней была еще защитная одежда. А Дрейк смотрел на Эварда как-то странно. Лицо было бесстрастно, а вот глаза… в них не трудно заметить насмешку. Ближник насмехается над благородным? Да за такое!.. Но к выражению глаз не придерешься, а рот – тот ничем не выражал истинных чувств Дрейка. Отказаться? Эвард на это никогда не пойдет, не та кровь. И Дрейк это понимал. Но почему тогда всё это? Эвард на неделю-другую сляжет с переломами, а потом? Потом Дрейку несдобровать. Достанется сперва от отца, а потом и от него. Да и Конни плетей не избежать – он ведь не ближник, а только, как и Пирри, ученик касты воинов.
Эвард крепко сжал палку в обеих руках. Ладно, придется потерпеть боль. Хранители знаний утверждали, что чем больше в юные годы приходится применять начальный дар, тем легче он проявляется во взрослом возрасте, особенно при тяжелых ранениях. Потому и обходились юные благородные без защитных курток. Эварду не очень-то в это верилось, но раз так считал и его отец, граф Ралльский, то приходилось принимать это утверждение на веру.
Поединок, в отличие от предыдущего, носил совсем другой характер. Если там нападал его кузен Травис, а Пирри ушел в оборону, то здесь Конни сразу же перешел в стремительную атаку и в первую же минуту Эвард пропустил несколько очень болезненных ударов, один из которых пришелся по ребрам. Эвард ушел в глухую оборону, а Конни бил и бил. И ведь, гаденыш, метил опять в то же поврежденное место. Целы ли ребра? Впрочем, какая разница, сейчас надо думать о другом: как подловить противника? По голове и нижней части туловища бить нельзя. Он же не чумазый, чтобы использовать подлые приемы? А все остальное у Конни защищала крепкая куртка и что-то еще, что было под ней. Руки? Они тоже защищены кожаными рукавами. Разве что под рукавами ничего не было, в отличие от того, что защищало туловище.
Эварду удалось пару раз достать Конни, но тот, кажется, никак не отреагировал на пропущенные удары, а вот Эвард пропустил еще два сильных удара, один из которых достался его левой руке. Удар был настолько болезненным, что Эвард вскрикнул от боли, а на лице Конни появилась довольная усмешка.
А ведь Конни все же ударил не в полную силу. Почему? Он же мог сразу добиться победы. И Эвард, кажется, догадался о причине. Этот гаденыш хочет покончить с его сопротивлением одним ударом, но таким образом, чтобы сломать Эварду что-нибудь посерьезней. Ту же ключицу. Конни градом ударов сейчас пытается обессилить его, а когда Эвард после очередного болезненного удара раскроется, вот тогда и последует последний, решающий удар.
А ведь есть и у Конни не защищенные участки тела, есть! Запястья и пальцы. Удар по ним наверняка что-нибудь сломает, на пару месяцев выведет его из строя. Такие удары не запрещались, хотя не очень-то и приветствовались. Но и Конни действует совсем уж нечестно. В этом вина, конечно, его отца, Дрейка. Но разве Конни тоже не виноват? Виноват. Как же его подловить?
И Эвард решил пожертвовать своими ребрами. Во время очередной атаки Конни, он неудачно отбил палку, открыв противнику свой бок, и Конни не мог этим не воспользоваться. Удар был очень сильным и болезненным, хотя, надо признать, Конни, видимо, все же предпочитал сломать Эварду ключицу, а не пару ребер. Впрочем, ударив по ребрам, он ждал, что Эвард сильно дернется и откроет плечи и тогда второй удар, уже со всей силы придется на левую ключицу. Эвард это понял уже после окончания боя. А сейчас, после удара по ребрам, он вместо того, чтобы хоть как-то попытаться защититься, наоборот, полностью открылся и нанес удар по запястью Конни, который с сильным замахом уже направлял свою палку в сторону плеча Эварда.
Удар Эварда опередил действия противника, поэтому палка Конни хоть и дошла до плеча Эварда, но растеряла всю силу и энергию. Было больно, но ключица выдержала, а вот Конни, выронив свою палку, схватился за правое запястье. Эвард все-таки его сломал!
Первая победа над Конни! Сыну Дрейка теперь предстоит долго лечиться, а еще его ждут плети, отец так это не оставит. У Эварда тоже не все в порядке, хотя ключица, кажется, цела, а вот ребра… Хорошо, если просто трещины – он их залечит за пару дней. Ну и конечно, обильные синяки по всему телу, но это мелочи, завтра их уже не будет.
Ого! Дрейк совсем не скрывает своих чувств? Что это с ним? Отец скоро приедет, вот тогда всё и узнаем.
- Дрейк, а что это за куртка на Конни? Странная какая-то. Уж не кольчуга под ней спрятана? – Эвард решил подразнить ближника. – Что же Конни латные рукавицы не надел? Запамятовал? Палка толстовата для учебного боя, Дрейк, не находишь? Завтра вернется отец, ему и объяснишь. Да и мне тоже.
Дрейк, весь побагровевший, стоял, не зная что ответить.
- А ты, Конни, давай лечи свой перелом. Хорошо лечи. Правше нужна здоровая правая рука, а то так и останешься в учениках воина. А я с тобой еще поговорю. Потом, как-нибудь. Мы ведь совсем молоды, нам жить, да жить под крышей замка графов Ралльских. Сильно болит? Бедняжка, без начального дара тяжело. Ладно, жди лекаря. Но после меня. Вначале благородные, а уж потом все остальные. Ничего, потерпи, будет тебе лекарь, ведь как-никак ты же не чумазый, а?
Конни, как и его отец, стоял молча, по-прежнему прижимая сломанное запястье к груди.
- Эй, кто там из чумазых! Теплую ванну в мою комнату, да поживее, если не хотите расстаться со своей шкурой!
Эвард не спеша направился со двора в свою комнату, располагавшуюся на втором этаже замка. Обычно после тренировок он спускался в подземелье, где протекал ручей с холодной водой, питавшей замок. Разгоряченное тело с удовольствием принимало холодную воду, но сегодня придется отказаться от этой привычки. Не пройдет и часа, как Эварда начнет бить озноб. Только несколько теплых шкур, да разожженный камин спасут его от холода. Это так тело реагирует на быстрое восстановление поврежденного. Больше синяков и ран – больше озноба. Впрочем, это ненадолго. Уже через пару часов все станет приходить в норму. Вот потому и торопил Эвард слуг, чтобы успеть смыть липкий пот, пропитавший рубашку и брюки. А еще и визит лекаря тоже отнимет какое-то время.
Впрочем, что ждать от этого лекаришки? Тот с умным видом будет осматривать его тело. А что смотреть-то? На синяки? Так Эвард и сам знает, что сегодня их будет как никогда много. Да и обильней размерами тоже. Потрогает ребра? Вынесет вердикт, что они то ли сломаны, то ли просто слегка треснули. Так Эвард и сам это знает. Впрочем, пусть смотрит, за это ему и платят. А потом может идти вниз, накладывать повязку на запястье Конни.
Все произошло так, как и предполагал Эвард. Лекарь пощелкал языком, покрутил головой, пощупал ребра и вынес вердикт:
- Милорд, у двух ребер трещины, вам нужен полный покой. Никаких резких движений. Синяки большие, обильные. Но завтра к вечеру полностью пройдут.
- Я и без тебя это знаю. Ладно, проваливай.
Лекарь низко поклонился и засеменил к выходу. А Эвард забрался на свою постель, где уже лежало несколько меховых шкур. Озноб уже начал чувствоваться. А каково приходится ратникам с начальным даром, которых ранили на поле, и где нет ни одеял, ни шкур? Правда, есть попоны, но и то не всегда. Были случаи, хоть и редкие, когда тяжелораненые благородные не выдерживали озноба и умирали, так и не долечившись. Впрочем, если поблизости находился кто-нибудь из чумазых, то тот мог помочь согреть своим телом раненого милорда. Хорошо, если это были женщины, урона чести благородному не было. Но если женщин поблизости не оказывалось, то приходилось брать какого-нибудь чумазого. А на следующий день чумазый получал свои порции плетей и мог уйти, точнее, уползти. Иногда благородные кидали чумазому после его наказания несколько серебряных монеток.
Если милорда согревал не чумазый, а кто-то из воинов, то это уже не считалось оскорблением благородного, но не всегда рядом оказывались воины, не получившие ранений. И, как уже было сказано, приходилось использовать чумазых.
Но сейчас у Эварда повреждения были не такие сильные, да и несколько меховых шкур неплохо согревали, хотя озноб его все-таки достал. Через пару часов холод стал постепенно ослабевать и Эвард, немного согревшись, заснул.
Проснулся он, когда за окном сгустилась тьма, от слишком громкого шума. Кто это посмел разбудить юного виконта, когда тот находится в процессе выздоровления? Совсем разбаловались люди в замке его отца. Чумазые, конечно, не посмеют так шуметь. Значит, солдаты. Отцу еще рано возвращаться, неужели, опять проделки Дрейка? Вот негодяй! Пользуется тем, что он по крови ближник. Небось, гордится этим. А чем гордиться? Тем, что его дед был благородным бароном Тростен? За это по наследству получил начальный дар. Только теперь дар в его сыновьях безвозвратно растворился.
Иметь благородного отца мало, основной дар проявляется, только если и мать из благородных. А все остальные женщины, кто бы они ни были родом – из ближников, касты воинов, из чумазых – основной дар проявить не дадут.
Дед Дрейка был бароном Тростен, который выгодно сосватал свою дочь за графа Ралльского. Именно она была второй, неродной бабушкой Эварда. Но бабушка была из благородного рода, потомок благородных родителей, барона и баронессы Тростен. А отец Дрейка – обычный бастард, которого родила от барона то ли служанка, то ли кухарка в доме баронов Тростенов. Чумазая! Эх, жаль, что сегодня днем Эвард не напомнил этому семейству от кого они ведут свое происхождение. Ладно, еще время на это будет.
Шум тем временем уже раздавался за дверью комнаты Эварда. Кто посмел? Дверь распахнулась, и на пороге возникло несколько фигур, озаренных факелами. Опять этот Дрейк и с ним еще двое солдат.
- Негодяй! Как ты посмел ворваться к виконту Ралльскому!
- К какому виконту? К тебе, сосунок?
- Что!? Взять его!
Но солдаты за спиной Дрейка совсем не реагировали на приказы юного виконта, а Дрейк, гнусно улыбаясь, приблизился к ложу Эварда. Виконт вспыхнул и попытался ударить наглеца по лицу, но ближник был сильным и опытным воином, поэтому легко отклонил левую руку Эварда, а сам с размаху влепил ему пощечину. Даже не пощечину, а оплеуху! Впрочем, задел и порядочную часть щеки Эварда.
- Какой ты виконт? Ты думаешь, что благородный? Ближник, да еще во втором поколении.
До разгневанного Эварда не сразу дошел смысл слов Дрейка, а когда он смог воспринимать произнесенное, то первое, что пришло ему на ум, было сумасшествие Дрейка. Точно, свихнулся! Он, Эвард, ближник во втором поколении? Это значило, что его отец, граф Ралльский, тоже ближник. Но у ближников не может проявиться основной дар, а у его отца он есть. Есть!
- Свяжите сосунка, и в подвал его! До решения его светлости графа.
Точно, сошел с ума. Графом-то был его отец! Солдаты тем временем быстро связали Эварду руки за спиной и, подняв на ноги, подтолкнули к выходу из комнаты. Но он же не одет, в одной нижней рубашке, босой. Это же оскорбление!
- Эй, вы с ума сошли? Понимаете, что с вами будет за оскорбление виконта? Ближнику и то хорошо достанется плетей, а вас, простых воинов, и вовсе ждет посильнее наказание!
- А разве ваша светлость виконт? – задал вопрос один из солдат.
- Бринни, сосунок не может называться его светлостью, потому что он не виконт и даже не благородный.
- Я понял, господин Дрейк, - ответил разговорчивый солдат и в качестве ответного действия на свою ошибку, грубо толкнул Эварда.
Через десять минут Эвард, подталкиваемый солдатами, шел по коридору подвала замка. В этой его части он ни разу не был – здесь располагались темницы с камерой дознания, вход в этот отсек всегда был заперт.
Впереди стоял местный тюремщик, имени которого Эвард не знал, и знать никогда не собирался – ведь тот был из чумазых, которых благородные могут только презирать за их ничтожество и подлую натуру.
- Санка, вот тебе подарочек, - громко сказал из-за спины Эварда Дрейк, развязывая парнишке руки.
К чумазым всегда так обращались, оканчивая их имя на «ка». Человека из клана воинов назвали бы Санни, а ближника – уже полным именем. Как на самом деле звали тюремщика, возможно, никто, кроме него самого и нескольких его родных не знал. Дрейк был ближником, поэтому и звался Дрейком. А будь он только воином, то обращались бы к нему, как Дрекки. А чумазого с таким именем и вовсе бы кликали, как Дрека.
Тюремщик хмыкнул и распахнул одну из дверей. Это была тюремная камера, куда Эварда втолкнули, а дверь быстро захлопнули. Эвард в темноте только услышал, как скрипит ключ в запираемом замке двери камеры.
Парнишка, пока дверь не закрыли, успел рассмотреть в свете факелов, горящих в тюремном коридоре, свое место обитания. Маленькая комнатенка, которую обойдешь за несколько шагов. Ноги почувствовали холодный камень. И еще грязь. Через несколько минут Эвард ощутил идущую от стен холодную сырость. Что же произошло? Что?
Юный виконт вначале просто стоял на холодном полу, а потом, когда ноги стали замерзать, стал ходить вдоль стен камеры. Три шага вперед, два в сторону, три обратно и снова два шага в сторону – вот и весь путь. Темно, но голову не разобьешь – все стены почти в пределах вытянутой руки. Но долго ходить в темноте тоже не будешь, рано или поздно теряешь пространственную ориентацию, а ноги все равно не согреть.
Эвард, натянув на ноги ночную рубашку, пересиливая брезгливость, уселся на грязный пол. Как какое-то ничтожество из чумазых. Нет, Дрейка ждут хорошие плети. Он сам лично разукрасит спину негодяя.
Под утро пришел сон, но холод, идущий от каменного пола, и сырость от стен, постоянно будили Эварда, не давая полноценно заснуть. Он уже сбился со счета времени, не представляя, сколько прошло часов с момента его заключения. Пять, десять, а то и день или даже два.
Когда заскрипела открываемая дверь, Эвард сразу же прогнал остатки сна и встал на ноги. Кто бы это ни был, но виконт не будет при всех унижаться, сидя на грязном полу. Дрейк или, наконец-то, отец? Виконт Герих! А за его спиной маячили фигуры Дрейка и Базеля, еще одного ближника из их замка.
Герих встал напротив Эварда, немного переступив порог камеры. Затем сделал шаг вперед, и услужливый Дрейк поставил за спиной Гериха табурет, на который дядя и уселся.
- Оставьте нас.
Дверь быстро закрылась, но на замок ее не заперли.
- Виконт, что это значит? Я требую объяснений.
- Граф, а не виконт. Граф Герих Ралльский.
- Как? А что с отцом?
- Он умер. Убит.
- Я наследник графского титула, а не вы. Герцогу это не понравится.
- С каких пор ближник претендует на титул? Или ты не знал, что твой отец самозванец? Никакой он не благородный.
- У него есть основной дар, данный Пробуждением. Кто убил отца?
- Дар?.. Дженриса убили наемники. Восемь человек. Убили мечами в коротком бою.
- Как так?..
Эвард был сбит с толку, совсем обескуражен. Ведь отец, как и все благородные, после Пробуждения имел основной дар. Он и с двумя десятками наемников легко справился бы, если те, конечно, бились бы честно.
- Бой был честным, - дядя Герих рассказывал с определенным удовольствием, это было заметно. – Твой отец заколол двоих, одного ранил и сам получил несколько ударов мечами.
- Но как же так?..
- У Дженриса не было дара. Он обманывал. Ты не знал? Вижу, что не знал. Но надо признать, твой отец хорошо выучился работать мечом, у него был к этому талант. Даже я не догадался бы, что он притворяется, если бы не знал, что он лжет. Правильнее сказать, я подозревал, что он самозванец. Сомнениями насчет Дженриса поделилась моя мама, а ей проболтался отец. Как ты знаешь, мой отец, а твой дед, погиб, когда Дженрис еще не подошел ко времени Пробуждения. Я был слишком мал, чтобы понять, что к чему, а твой отец со временем сумел всех убедить, что у него есть основной дар. А за такой обман, сам знаешь, казнят.
- Я вам не верю. И почему тогда дедушка признал его законным сыном? И бабушка тоже…
- Мой отец, старый граф, не знал, вначале даже не догадывался, что Дженрис не благородный. Ты, наверное, думаешь, что твой отец родился от какой-то там служанки? И старая графиня, твоя бабушка, признала ребенка за своего? Нет, Дженриса родила сама графиня. От моего отца, твоего деда.
- Я не понимаю, они оба благородные, значит, и отец тоже.
- Твоя бабка, первая жена старого графа вовсе не благородная. Ее родила герцогиня от любовника. Возможно, даже от чумазого. Родила и скрыла это от супруга - герцога Меленвильского. У твоей бабки даже не было начального дара, что говорит о низости ее любовника. Будь он ближник, то она имела бы начальный дар.
- Я не верю. Такое не скрыть.
- Не скрыть, если ты мальчик, которому постоянно достаются синяки, а то и переломы, которые дар быстро вылечивает. Девочки сидят в комнатах, играют в куклы и вышивают цветочки на подушках. Никаких синяков, никаких ран. А когда она вышла замуж за моего отца, твоего деда, тот, со временем, вероятно, что-то заподозрил, но промолчал. Он же, благодаря этой женитьбе, породнился с семьей нашего герцога. Жена – дочь герцога! Как замечательно! А скажешь правду, супругу герцога, спутавшуюся с любовником из чумазых, ждала казнь. Твою бабушку тоже. За обман, сокрытие правды и оскорбление рода графов Ралльских. И из фаворита отец превратился бы в кровного врага герцога, лишившегося похотливой супруги и ставшего посмешищем на все королевство. Не потому ли твоя бабушка так рано умерла, унеся в могилу тайну своего происхождения?
От всего услышанного у Эварда стали подкашиваться ноги и он, презрев гордость, уселся на полу камеры. То, что говорил дядя Герих, было ужасно. Его отец, теперь уже погибший отец, оказался самозванцем, а он сам вовсе не благородный, а всего-навсего ближник, да еще и во втором поколении. Дядя говорил очень складно, но Эвард все равно не мог в это поверить. Не мог!
- Итак, Эвард. Ты не виконт. И все четырнадцать лет нас обманывал. Как поступают с самозванцами, присвоившими себе благородное происхождение, ты знаешь. Их казнят. Правда, бывают и исключения. Казнь меняют на плети, вырезание лживого языка, клеймение и отправку на галеры. Это ждет тебя. Или ты предпочитаешь четвертование клеймению и галерам?
- Но я же не специально…
- Да, это во многом меняет дело… может менять. Я готов тебя простить, ограничившись простым изгнанием. Без плетей и клеймения.
- Но это не просто так?
- Ты всегда был догадливым мальчиком. Да, не просто так. Не бойся, речь идет о пустяке. Ты сейчас при всех подтвердишь, что твой отец был самозванцем.
- И после этого меня, как знавшего о преступлении, четвертуют?
- Да, ты умный, я это вижу. Но ты не прав. Во-первых, подтвердив, что твой отец самозванец, ты скажешь, что раньше этого не знал. А во-вторых, я даю честное слово, что как только ты это скажешь, тебя в целости и невредимости выгонят из замка. Даже дадут денег на дорогу. Я человек слова. Так как? Соглашаешься?
Предложение дяди Гериха было королевское. Действительно, тот имел все права, чтобы его казнить или отправить на галеры. Но что-то смущало Эварда. Странная щедрость? Да, и это тоже. Да и был ли дядя человеком слова, Эвард в этом сомневался. Тогда зачем ему нужно признание Эварда? Дядя нарушит слово и скажет, что не верит в непричастность Эварда к сокрытию преступления и поэтому отправит на помост к палачу? Но он может это сделать и так, без признания. А если Герих соврал и его отец жив? Соврал, чтобы узурпировать графство? Эвард признается и это поможет Гериху в захвате власти. Так? Но отец всегда запросто сможет доказать, что у него есть основной дар, а значит, он настоящий благородный. А может быть, они схватили отца и ждут признания Эварда, а затем казнят обоих, и его и отца? Так? Опять не так. Если они пошли на узурпацию, то отца им надо убить в любом случае и как можно быстрее, потому что в противном случае их самих ждет казнь.
Эвард ничего не понимал. В чем здесь ловушка и ловушка ли это? Может быть, дядя Герих и в самом деле говорит правду и его слово твердо?
- Ну, Эвард, о чем задумался? Я и так на тебя потратил слишком много времени. Идешь признаваться? Или палачу готовить клеймо? Выбирай, я больше ждать не намерен. Молчишь? Ладно.
Герих встал и шагнул к выходу, открыв дверь.
- Дрейк, прикажи палачу готовить инструменты. Этого через четверть часа к нему. Или он признается или больше никогда никому ничего уже не скажет, потому что останется без языка.
За выделенные Эварду четверть часа, он так ничего и не надумал. Остаться без языка и отправиться на галеры он не хотел, но и признать себя не благородным он тоже не желал. Да и память отца, если тот убит, он не собирался предавать. Он лучше умрет виконтом, а теперь, получается, графом Ралльским, раз его отец убит, чем будет пребывать остаток жизни на галерах вместе с чумазыми каторжниками. Лучше убить себя, чем стать таким, как чумазые. Как это сделать, Эвард потом найдет способ. И он принял решение.
Как раз прошло отведенное ему для раздумий время. Дверь камеры открылась и тюремщик, как его там назвали? – Санка, схватил Эварда за плечо и потащил вдоль по коридору, но отнюдь не наружу, а открыв какую-то дверь, втолкнул туда Эварда. Зал дознаний, где пытали схваченных преступников. Здесь уже сидел дядя вместе с ближниками и солдатами. В углу боязливо жались друг к другу городские чиновники.
- Эвард, начинай, - Герих был уверен в решении юного виконта, точнее, бывшего виконта.
- Нет, - голос Эварда прозвучал совсем не мужественно, как он этого хотел.
- Вот как? – брови дяди поднялись домиком.
Молчание затянулось. Герих никак не ожидал отказа Эварда.
- Отправить самозванца на конюшню, всыпать по полной вожжей и отвезти в Меленвиль. Там отпустить. Релли, возьмешь с собой солдата и отвезешь мальчишку, оставишь на постоялом дворе, а потом сразу же обратно.
Герих отдал приказ старому Релли, который был ближником его отца и который один из немногих, если не единственный из присутствующих в камере дознаний, сейчас смотрел на Эварда с сочувствием.
Герих встал и направился к выходу.
- Из замка никому не выходить. Можете сходить на конюшню. И замковых чумазых туда же, пусть видят - отдал приказ новый граф, выходя из подвального зала.
Все присутствующие двинулись к выходу, кто не спеша и с чувством собственного достоинства, как графские ближники и некоторые солдаты, а кто, втянув голову в плечи, а это были в основном городские чиновники, чувствовавшие здесь себя очень неуютно.
Сам же Герих пошел не во двор и далее на конюшню, куда тащили юного бывшего наследного виконта, а поднялся на второй этаж замка, который стал считать своим, направившись в комнату сына Трависа, в одночасье ставшего наследным виконтом Ралльским.
- Отец! Мне сказали… А как дядя это скрывал? Я не понял. Или это неправда?
- Травис, кем ты был до последнего времени?
- Кем, отец?
- Виконтом Трависом.
- А разве я сейчас уже не виконт?
- Виконт… Кто наследовал бы Дженрису после его смерти?
- Ну, Эвард.
- А ты всю свою жизнь жил бы в замке из милости графа Эварда.
- А…а…
- Или же граф Эвард выделил бы тебе, опять же из милости, баронский замок. И ты стал бы именоваться не виконтом Трависом, а бароном Трависом. А пожелай граф Эвард, то он мог бы тебя в любой момент вышвырнуть из замка и из графства. Безземельный виконт… Сколько их? Даже бароны, но с замками и землями, котируются выше. Ты понял?
-Да, а что понял?
- М-да, Эвард посмышленей тебя будет. Ты теперь наследный виконт, а со временем станешь графом Ралльским. Теперь понял?
- Теперь понял.
- Хорошо бы. Скажи, как вчера прошли учебные бои?
- Этот урод Пирри опять победил. А я же теперь наследный виконт. Отомщу, когда графом стану.
Герих тяжело вздохнул.
- Граф, конечно, имеет полную власть над всеми. И ближниками и солдатами. Но этой властью надо пользоваться разумно. Ближников и лучших из касты воинов не обижать, а приближать, держать при себе. Иначе как бы дороже не вышло.
- Подумаешь! Когда получу основной дар, я один буду стоить несколько десятков этих солдат. Куда их мечам до моего!
- Кроме меча есть еще и арбалетные болты. И стрелы. И еще много чего. И есть еще слово.
- Что за слово?
- Простым словом можно стать графом и таким же словом отправить наследного виконта на конюшню, где его выпорют, как последнего чумазого. И никто не вступится.
- А кого это на конюшню? – в глазах Трависа зажглись огоньки страха. – За что на конюшню?
- Не тебя, - Герих снова тяжело вздохнул, в очередной раз убедившись, что его сын не очень сообразителен. – Эварда. Кстати, как вчера закончился его бой? Я гляжу, он цел.
- О! Там такое было! Они сражались на тренировочных палках, и Эвард сломал Конни запястье! А почему на таких толстых? Ведь Эварду могли все кости поломать!
- Значит Эвард сумел… да, племянничек… - Задумчиво произнес Герих. - Вот почему он так хорохорился, а не дрожал от холода при сращивании костей.
- Отец, а теперь что, Эвард мне не кузен?
- Нет, теперь он по происхождению обычный ближник. И сегодня уедет в изгнание. Можешь о нем забыть.
Герих еще раз задумчиво посмотрел на сына, покачал головой и направился в свои покои. Точнее, бывшие покои, скоро нужно перебираться на половину Дженриса.
В коридоре рядом с его комнатой сидел мужчина средних лет в одежде наемника. При виде Гериха наемник вскочил.
- Твелли, можешь зайти.
Герих пропустил вперед мужчину, вошел сам и плотно закрыл за собой дверь.
- Пришел за расчетом? Дело выполнил. Вот оставшаяся половина обговоренной суммы.
- Милорд, я потерял троих своих людей.
- Дженрис убил двоих.
- Мунни умер от ран. А мы договаривались, что граф будет сонным как муха.
- Если бы он был сонным как муха, то все увидели бы, что Дженриса опоили. А мне нужно, чтобы он мог драться. Хорошо драться, но не более, как умелый солдат. Это твои люди никуда не годны! Если бы ты не подрубил ему бедро, Дженрис ухлопал бы всех вас. В следующий раз подбирай более умелых наемников.
- И на какие деньги я их подберу?
- Сто золотых за работу мало? Впрочем, хорошо. Я оплачу твои потери, хотя эти неумехи виноваты сами, что их зарубили. Вот еще по двадцать золотых на каждого убитого. Как видишь, я плачу щедро. Но и спрашиваю за оплаченную работу.
- Но разве мы не убили графа?
- Я сейчас о другом. Есть еще одна работа. На пятьдесят золотых. Половина – задаток.
- Но, милорд, всего пятьдесят, а у меня только трое солдат, оставшихся целыми. Четвертый-то с раненой рукой.
- Эта работа не стоит и десяти золотых, я же плачу пятьдесят. Работа легкая и совсем неопасная. Надо убить мальчишку. Кстати, в его кармане будет кошелек с десятью золотыми. Он тоже ваш.
Наемник повеселел.
- Но сделаете это всё не здесь, а в Меленвиле. Завтра к вечеру его привезут и оставят на постоялом дворе. По нашей дороге там всего один постоялый двор при въезде в город. Вам нужно убить мальчишку где-нибудь на улице и без свидетелей. Подводу с мальчишкой будут сопровождать двое: пожилой ближник и солдат. При них ничего не предпринимать. Как только те уедут – вот тогда и сделаете дело.
Мальчишку отправят из моего замка через пару часов. Вы дождетесь темноты и ночью опередите их, до Меленвиля сможете добраться к полудню, подвода будет тащиться медленно. Главное, чтобы вас никто не узнал – ни здесь, ни там.
- Я понял, милорд.
- За убийство мальчишки несете ответственность своей головой. Оправданий я не приму.
- А что сделать с трупом?
- Оставьте на месте. Меня это не волнует. Твои люди сейчас где? В городе?
- Нет, милорд, я их оставил неподалеку, в лесочке. Что-то нет желания, не в обиду сказано вашей светлости, находиться в этом городе.
- Это хорошо. Что не в городе. Сейчас все пошли на конюшню, двор пустой, ты спокойно можешь покинуть замок. Вот пропуск. Он действителен только на сегодняшний день. Это я к тому, чтобы не подумал…
- Ну что вы, милорд, я и не думал им пользоваться потом.
- Тогда поспеши, пока представление на конюшне не закончилось.
После ухода наемника новый граф Ралльский целый час посвятил разбору бумаг, принесенных из кабинета бывшего графа. Устав от столь скучного занятия, он пригласил к себе Дрейка, давно уже ожидавшего в коридоре.
- Рассказывай.
- Конюх поработал основательно, но мальчишка крепился, хотя и мычал.
- С закрытым ртом?
- Да, милорд.
- Значит, терпел. Чем закончилось?
- Он потерял сознание.
- Крепкий и упрямый. Что еще?
- Когда потащили к козлам и задрали рубашку, стал грозиться всем присутствующим. Дескать, он еще отомстит.
- А зрители?
- Чумазые вначале смущались, а потом осмелели, стали насмехаться.
- Все чумазые – подлые ничтожества. Давно порка закончилась?
- Больше получаса точно.
- Что у него со спиной?
- Вся в рубцах и крови.
- Хорошо. Значит, можно отправлять подводу в Меленвиль. Там его встретят и навсегда успокоят.
- Милорд, - Дрейк облизал губы, - простите, а может лучше мальчишку успокоить здесь? Как самозванца.
- Дрейк, как ты думаешь, зачем я отправил Эварда на конюшню?
- Ну, это, милорд…
- Так зачем?
- Отомстить.
- Чушь. За что мстить-то? Нет, причина в ином. Прежде всего, что могло быть, если бы я приказал мальчишку казнить? Через пару месяцев кому-нибудь приглянулся бы мой замок, - Герих с удовольствием произнес слово «мой». – Нашлись бы свидетели того, что Дженрис обладал основным даром, а значит, не был самозванцем. А дальше что? Получилось бы, что я злонамеренно казнил наследника титула и узурпировал графство. Зато сейчас все увидят мою милость. Да, наказал, но дал денег и отправил с верными его отцу людьми в герцогскую столицу. А то, что там мальчишка пропал – я ни при чем. Может, еще шляется где-то? И к смерти Дженриса я не причастен. Это понятно?
- Да, милорд. Только как мальчишка пропадет, если его зарежут в Меленвиле?
- Дело будет в потемках. На окраине. Уже к утру его двадцать раз успеют раздеть, забрав всё, вплоть до набедренной повязки. Это же чумазые! Что еще от них ждать? А голый труп сбросят в канаву. Никто не будет его опознавать. Понял?
- Да, милорд. Но зачем пороть на конюшне, вы так и не ответили.
- Я продолжу. После такой порки Эвард придет в себя после залечивания кровавых рубцов только к завтрашнему дню. Тут уж не до соображения. И по приезду в город ему будет не до гуляний, будет сидеть на постоялом дворе, приходить в себя после долгого озноба. А потому его не упустят из виду. А уйди он в город – Меленвиль большой, не чета моему Ралльску - соответственно его могут потерять из виду. Но это не главная причина. Значит, чумазые насмехались над Эвардом?
- Да, ведь того пороли на конюшне, как какого-то чумазого. И вид мальчишки был жалок. Грязная рубашка, а затем и вовсе его обнажили – это же позор для благородного.
- Вот и причина. Четырнадцать лет чумазые перед ним пресмыкались – наследный виконт. И уедь он в Меленвиль чистеньким и как всегда гордым, о нем долго помнили бы, как о хозяине, наследнике титула. И так помнили бы и думали не только чумазые, но и многие солдаты. А теперь он сброшен вниз, в самую грязь. Через пару недель о мальчишке не вспомнят, а если кто и помянет, то только со злорадством, как о поверженном ничтожестве. Важно не просто избавиться от мальчишки, важно уничтожить память о нем.
- Я понял, милорд.
- Что, не можешь простить Эварду вчерашний бой? Как же твой Конни так лопухнулся? А поломай он Эварду ключицу с ребрами, мальчишке было бы не до упрямства. Признался бы, что Дженрис самозванец и тем самым решил бы все мои проблемы. Можно было бы и не отсылать его в Меленвиль.
- Вы бы его помиловали, милорд?
- Нет, конечно. Но признание в присутствии стольких свидетелей позволило бы мне казнить сына самозванца, который знал и участвовал в преступлении своего отца.
- Я понял, милорд. Виноват. Конни будет наказан.
- Он уже наказан. Пусть лучше быстрее поправляется. Если себя зарекомендует, то будет у него свой десяток.
- Милорд, благодарю!
- Ладно. Почти час прошел? Можно навестить и моего бывшего племянника. А ты захвати его одежду. Негоже ближнику ехать в герцогский город в одной ночной рубашке.
Герих спустился во двор и прошел до конюшни. Эвард лежал на полу, поджав ноги и бессмысленно уставившись в одну точку. Лицо хранило следы высохших слез. И еще Герих отметил, что мальчишку начал донимать озноб – организм, используя начальный дар, принялся активно вылечивать раны. А они были. Вся рубашка, начиная с района плеч, была красной от выступившей крови.
- Релли, - обратился он к стоявшему неподалеку пожилому ближнику. – Подготовь подводу, возьми солдата. И сразу же выезжай в Меленвиль. Как только отвезешь Эварда в первую встреченную гостиницу, немедленно возвращайся обратно, не оглядываясь на подводу. В этом кошельке десять золотых. Отдашь ему. Их должно хватить надолго. И переодень мальчика. Сейчас Дрейк принесет его одежду. Все-таки он ближник, а не чумазый.
Герих повернулся и пошел в обратную сторону, а ему навстречу уже шел Дрейк с ворохом одежды, которую тот швырнул на пол конюшни и бросился догонять своего господина.
- Тракки, - пожилой ближник подозвал молодого солдата, - иди за мазью и холстиной, а ты, - обратился он к конюху, - быстро запрягай подводу.
Уже через четверть часа он с солдатом бережно положил Эварда на подводу, устланную сеном, они сняли окровавленную рубашку и занялись раненой спиной. Затем одели его нижнюю часть тела, а на спину, основательно смазанную жирной мазью, положили холстину и накрыли бывшего виконта толстой попоной. Эварда уже бил сильный озноб, зубы выдавали мелкую дрожь, а сам парнишка плохо соображал. Это и понятно – Релли видел и раньше, как люди с начальным даром ускоренно залечивали серьезные раны. Он и сам был ближником, то есть человеком с начальным даром, и в своей долгой жизни его не раз этот дар выручал.
Не задерживаясь в замке, подвода в сопровождении двух всадников выехала за его пределы, а затем и из города, направившись на север – в Меленвиль.
Отъехав с полмили от городских стен, Релли приказал вознице остановиться, а сам, соскочив с лошади, подошел к повозке.
- Милорд, разрешите моему Тракки вам помочь совладать с холодом.
Эвард в ответ кивнул, хотя согласие, данное им, было трудно отделить от мелкой дрожи, сотрясающей парнишку.
- Тракки, давай, - отдал приказ ближник.
Молодой солдат, соскочив с лошади, снял кольчугу, куртку и рубашку и ужом проскользнул под попону. Это было верное средство, ведь, как известно, в холодное время года один солдат легко замерзал под одеялом, зато двое солдат под одеялом не мерзли.
Эвард проспал ведь остаток дня и всю ночь, проснувшись лишь под утро. Озноб во многом прошел, спина почти не болела, хотя сильно зудела – иссечённая кожа все еще активно зарастала. Лежащий рядом солдат, а это был внук ближника, хорошо помогал согреться. Ничего зазорного в этом не было – во время походов именно так лечились люди, имеющие начальный дар. Но только в том случае, если не использовали чумазых. Вот в таких случаях, действительно, принять помощь от чумазого считалось оскорблением для благородных.
Но Эвард уже не виконт, не благородный человек, а всего-навсего ближник, хотя совсем еще недавно он такое и представить себе не мог. Да что там ближник! Вчерашним днем ему нанесли самое страшное оскорбление. Его, виконта Ралльского, пусть, теперь и бывшего, пороли на конюшне вожжами, как какого-то жалкого чумазого. Даже провинившихся воинов наказывали более благородно. Теми же плетьми, но в специально отведенных местах, где не должно быть посторонних чумазых. А здесь нагнали весь двор. И эти ничтожества смеялись над ним! И он, вначале представший перед всеми в грязной ночной рубашке, а потом и вовсе без одежды, ничего не мог сделать с этими ничтожествами.
О, как он их накажет, когда вернет себе титул и отцовский замок! То, что отец самозванец – это, безусловно, оговор. Он же сам видел основной дар у него. И многие тоже видели, а вчера промолчали. Но, ничего, как только он приедет в Меленвиль, он сразу же пойдет к герцогу. И тогда берегись, дядя Герих!
Ведь старый герцог был братом его бабушки, которую обвинили чуть ли не в том, что их мать родила бабушку от прелюбодеяния с каким-то чумазым! Обвинить мать герцога! И обвинить его отца в преступлении самозванства, отца, который был родным племянником герцогу!
От этих мыслей Эвард повеселел, перевернулся на бок, благо спина почти не болела, а только чесалась.
- Релли, а не пора ли перекусить?
- Милорд проснулся? Как ваши раны?
- Вполне нормально. Слабость, конечно, но иначе не бывает. Релли, скажи, ты тоже считаешь отца самозванцем?
- Нет, милорд.
- А как его… как он погиб?
- Все произошло очень быстро. Милорд граф спустился к реке, а там на него напало восемь человек, по одежде – наемники. Граф убил двоих, еще одного хорошо подколол, но один из наемников оказался слишком хорошим бойцом.
- Но как так могло быть? Ведь для отца, как и любого благородного, прошедшего Пробуждение, восемь человек – не проблема.
- Милорд граф был какой-то медлительный, как будто не проснулся окончательно. Скорости прежней не было совсем.
- Сильно пьян?
- Нет, это что-то иное.
- А дядя? Что он делал?
- Он был в своей палатке и вышел, когда все уже кончилось. Наемники оставили два трупа, одного тяжелораненого погрузили на лошадь и ускакали. Мы бросились следом, но они перебрались через реку и разломали часть моста. Пока починили, убийцы успели скрыться. А ваш дядя объявил, что граф был самозванцем. Я и часть солдат в это не поверили, но граф был мертв, а большинство солдат было людьми милорда Гериха. Когда спорят благородные, остальные должны выполнять приказы. Но нам их никто не отдал. Ваша милость не успела. А ближники, тем более солдаты не могут проявлять инициативы в таких делах. Только благородные.
- Я понял, Релли. Что ты намерен делать дальше?
- Милорд Герих сейчас граф и я обязан выполнять его приказы. Я оставлю вас в Меленвиле. Вот десять золотых, их для вашей милости дал милорд Герих.
- Я понял.
Что же, понять Релли было можно. Выступить против Гериха, приняв сторону Эварда? Релли последние годы дохаживал с воинским поясом, скоро старость, которой требуется постоянный кров. Эвард дать кров не сможет. А еще у Релли был внук Тракки, совсем недавно надевший пояс воина. Сын у Релли погиб двадцать лет назад в том сражении, в котором погиб и дедушка Эварда и ближник воспитывал внука, родившегося уже после того горестного сражения. Тракки совсем молод, и где ему набираться умения и опыта, как не в замке?
Ближе к вечеру они добрались до Меленвиля, точнее, до его пригорода. Городские стены давно уже остались внутри разросшегося поселения, а новые, охватывавшие бы границы увеличившегося города, были слишком непосильны для герцогской казны. С правой стороны от дороги показался постоялый двор, внешне производивший вполне приличное впечатление. Туда и свернули путники.
Юный милорд, точнее, теперь уже ближник, к этому времени уже полностью одетый, ехал на коне Тракки, а сам молодой воин занимал место на подводе. Въехав во двор, путники отмахнулись от помощи слуги, пытавшегося принять лошадей – ведь им нужно немедленно ехать обратно. Релли достал из своего кошелька три серебряных монеты.
- Вот, ваша милость, возьмите. Не место здесь расплачиваться золотом – хоть и охраняемый постоялый двор, но вокруг-то окраина с этими чумазыми. Здесь Меленвиль, все отбросы сюда тянутся.
Поклонившись на прощание, графский ближник с внуком, обратно пересевшим на лошадь, отправились в обратный путь, а следом за ними поехала и подвода. Эвард остался один. Он много раз бывал в герцогской столице, но отец всегда останавливался в замке, даже не глядя на лучшие гостиницы Меленвиля, располагавшиеся в центральной части города. Поэтому сравнить их с постоялым двором Эвард не мог. Теперь надо думать, как поступить дальше – идти к герцогу, но идти придется на ночь глядя, или здесь переночевать.
Конечно, сейчас еще было светло, но это обманчиво – через час или полтора быстро стемнеет и если он к тому времени не доберется до замка герцога, то как быть дальше? И идти пешком в одиночку через опасные городские окраины Эварду явно не хотелось. Вот был бы конь или надежные спутники…
Спина, по словам Релли, уже почти зажила, тусклые следы шрамов к утру исчезнут полностью, сейчас, как это обычно бывает после лечения начальным даром, Эвард чувствовал легкость во всем теле, только ощущения были более яркими, чем обычно. Это, конечно, понятно – ведь раньше заживали обычные синяки, а в этот раз ему досталось намного сильнее. Вот потому, наряду с легкостью, он чувствовал и какую-то слабость. И под ложечкой уже немного засосало. Так и не решив, как поступить, Эвард услышал за своей спиной твердый мужской голос.
- Милорд в затруднении? Я могу вам помочь?
Эвард обернулся. Перед ним стоял крепкий мужчина в одежде наемника, доброжелательно и изучающе смотревший на него.
- Я, право, не знаю.
- Милорд, простите меня за вопрос, вы здесь один?
- Да, один. Я не знаю вашего имени.
- Твелли, милорд.
- Я виконт Ралльский.
- О, милорд, - наемник поклонился. – Одному здесь находиться опасно. Не то место, все-таки окраина. Конечно, в том случае, если у вас нет с собой хорошего меча, - Твелли слегка кивнул на свой пояс с мечом.
- Мне надо попасть в замок герцога. Он мой двоюродный дедушка.
- О! – поразился наемник. – Если вы не против, то я с удовольствием составлю вам компанию.
- Да, я был бы вам признателен.
- Милорд, но я голоден, целый день не ел, вот потому и заглянул в это место. Если вы не очень торопитесь… Может быть, вы тоже не откажетесь перекусить? Готовят здесь, как ни странно, вполне прилично. А потом я вас с удовольствием провожу до замка. Вы, конечно, верхом?
- Нет. Так получилось. Меня довезли, и я отдал лошадь солдату.
- Ах, да, я краем глаза видел. Значит, вам нужен конь. Я знаю, где здесь неподалеку можно взять коня. Но это после того, как мы перекусим, вы не против?
- Нет.
- Тогда чудесно. Пройдемте в обеденный зал.
Усевшись за столом и почувствовав запахи жареного мяса, рот Эварда наполнился слюной. Только сейчас он понял, насколько он голоден. Организм после столь тяжелого лечения настоятельно требовал еды, много еды. И Эвард разошелся с заказом – стол быстро наполнился разнообразными мисками, хотя основным видом был жареный поросенок. Впрочем, его он разделил со своим спутником, который тоже показал отменный аппетит.
Из-за стола Эварду выходить не хотелось, появилась послеобеденная сонливость, тем более к ее появлению приложило руку неплохое вино. В замке его отца оно было лучше, но и это оказалось отнюдь не кислятиной, которую подавали к другим столам.
Соседи по трапезе, разместившиеся в разных концах зала, хмуро поглядывали на молодого милорда, обедавшего в сопровождении крепкого солдата. По крайней мере, со стороны казалось, что путешествует благородный юноша, которого сопровождает и охраняет верный и умелый солдат. Впрочем, Эвард был не против такого впечатления, ведь ему еще ехать через весь город, да еще и в темноте.
- Твелли, не пора ли нам идти?
- Как скажете, милорд. В таком случае, вначале нужно подобрать вам коня. Я провожу вас.
Выйдя во двор, Эвард заметил, что стало темно, хотя темнота еще не сгустилась, да и полная луна неплохо светила. Наемник повел его за пределы постоялого двора, где практически сразу же местность разительно поменялась. Стоило уйти в сторону от тракта, как они оказались в самых настоящих трущобах. Впрочем, так показалось Эварду, ведь настоящих трущоб он никогда не видел.
Плотная еда и пара кружек вина, видимо, сыграли с ним злую шутку. Он опомнился только тогда, когда они отошли от постоялого двора, наверное, на полмили.
- А где же конь, Твелли? – спросил Эвард, с удивлением оглядываясь.
- Вот у того забора, милорд, - голос наемника показался Эварду немного насмешливым, но и это его не насторожило.
Парнишка сделал еще десяток-другой шагов, подойдя к забору, изготовленному из жердей, и с недоумением обернулся. Твелли остался стоять на прежнем месте, а рядом с ним появились три вооруженных мечами фигуры.
- Что это значит, Твелли?
- Это значит, мой юный друг, что сейчас вы умрете.
- Так вы грабители?
- Нет, просто за вашу жизнь мне заплатили.
- Вы наемный убийца? Постойте, а если я вам заплачу, вы откажетесь от убийства?
- Заплатите десять золотых, что вам дал милорд Герих? – насмешливо спросил наемник.
- Так это дело рук дяди? Вот негодяй!
- Ладно, парни, у вас есть шанс себя немного оправдать в моих глазах. Тем более перед вами безоружный мальчишка, а не благородный, владеющий даром.
Три человека, стоявших рядом с Твелли, двинулись в сторону Эварда, вытаскивая длинные и узкие мечи из ножен. Эвард сделал несколько шагов назад и ощутил, как спина уперлась в забор. Убийцы тем временем медленно приближались. В свете луны он видел их довольные ухмылки. Что он мог сделать? Один, без оружия против трех вооруженных мечами убийц и еще четвертого, стоящего в несколько десятках шагов позади своих наемников. Да если и был бы у него в руке меч, владеть им он не умеет, брал-то меч в руки пару раз, да и то тайком от отца и наставников. Единственное, чему он учился – это драке на палках. Здесь он неплохо преуспел. Палка против меча, тем более трех? Да и где ее найти. Хотя под ногами он что-то ощутил. Моля богов, чтобы это оказался не коротенький обломок ветви дерева, Эвард нагнулся и, не отводя глаз от приближающихся убийц, лихорадочно пошарил рукой. Палка, даже жердь, хотя и не очень длинная, но довольно увесистая. По весу почти такая же, как та, которой он вел тренировочный бой с сыном Дрейка.
Первого, наиболее приблизившегося к нему убийцу, Эвард отбросил назад ударом палки в лицо. Тот выронил меч, схватившись за правую сторону лица и застонав от боли. Двое оставшихся остановились в растерянности, а Эвард начал выделывать палкой разные верчения, в которых он хорошо преуспел. А затем шагнул к стоящему слева от него человеку, сделав замах. Тот испуганно отскочил назад, зато второй убийца решил воспользоваться моментом и направил меч в сторону правого бока Эварда. Но парнишка предполагал такой вариант событий и успел заблокировать выпад противника, отступив назад.
Теперь Эвард держал двумя руками палку горизонтально земле, ожидая ответных шагов убийц, но те не спешили.
- Идиоты, перерубите ему палку, у вас же в руках сталь! – крикнул Твелли.
Оба наемника ринулись в сторону Эварда почти одновременно. Отбив меч первого из них, который отступил назад, Эвард постарался заблокировать выпад второго, но убийца ударил слишком сильно, и палка в руках Эварда распалась на две половинки.
Убийца не успел вернуть меч в первоначальное положение, как получил сильный удар половинкой палки по руке. Меч выпал из руки наемника, а Эвард понял, что сильно повредил, возможно, даже сломал запястье своему противнику. И почти в ту же секунду вторая половина палки настигла головы обезоруженного противника. Удар оказался настолько неожиданным и сильным, что тот упал на спину. Конечно, в первую очередь, здесь повлияла травма запястья, а вовсе не сам удар по голове. Будь на голове шлем, противник и вовсе бы не почувствовал его удара. В какой-то мере Эварду повезло, что ни кольчуг, ни шлемов на убийцах не было.
Теперь перед Эвардом остался только один противник. И еще Твелли, по-прежнему стоявший в двадцати шагах от места поединка. Видя некоторую растерянность противника, Эвард прыжком вперед приблизился почти вплотную к нему. Ударом правой руки он вынудил противника отбить мечом свой выпад, но при этом враг открылся с правой стороны, а Эвард ведь был левшой. И удар левой рукой по правому предплечью противника достиг цели – рука врага повисла.
Всё, с тремя противниками он, кажется, разобрался. Теперь остался только Твелли. Сможет ли он и его победить? Эвард боялся дать ответ – этот Твелли крепкий орешек, настоящий воин, нечета троим неумелым наемникам.
То, что перед ним мастер, Эвард убедился сразу – одна из его палок была подрублена почти под корень, хорошо еще, что Эвард успел чуть-чуть отдернуть руку, а иначе на месте ладони была бы культя. Эвард, понимая, что сейчас будет новый и уже смертельный удар меча Твелли, отступил назад, прижавшись спиной к жердям забора. А наемник спокойно приблизился к парнишке и нанес быстрый удар мечом в левую верхнюю часть грудной клетки Эварда. Парнишка громко вскрикнул, выронив последнюю половинку палки, и стал оседать на землю. А Твелли, вытащив острие меча из тела Эварда, собрался добить его последним ударом. Он выполнил заказ графа Гериха, заработав хорошие деньги. Помедлив секунду, наемный убийца выбрал место, куда сейчас он нанесет свой удар – живот, и смерть мальчишки наступит быстро.

Конец первой главы, а во второй главным героем станет нищий сирота Тим.


Пожаловаться на это сообщение
Вернуться к началу
 Профиль Отправить личное сообщение  
Ответить с цитатой  
Показать сообщения за:  Поле сортировки  
Начать новую тему Ответить на тему  [ 1 сообщение ] 
Быстрый ответ
Имя пользователя:
Заголовок:
Текст сообщения:
Введите текст вашего сообщения. Длина сообщения в символах не более: 60000

Смайлики
:D :) ;) :( :o :shock: :? 8-) :lol: :x :P :oops: :cry: :evil: :twisted: :roll: :!: :?: :idea: :arrow: :| :mrgreen: :geek: :ugeek:
Размер шрифта:
Цвет шрифта

 • Добавить изображение
Настройки:
BBCode ВКЛЮЧЕН
[img] ВКЛЮЧЕН
[flash] ВЫКЛЮЧЕН
[url] ВКЛЮЧЕН
Смайлики ВКЛЮЧЕНЫ
Отключить в этом сообщении BBCode
Отключить в этом сообщении смайлики
Не преобразовывать адреса URL в ссылки
Подтверждение отправки
Для предотвращения автоматического размещения сообщений, на этой конференции необходимо ввести код подтверждения. Код отображён на картинке ниже. Если из-за плохого зрения или по другим причинам вы не можете прочесть код на картинке, свяжитесь с администратором
Код подтверждения:
Введите код в точности так, как вы его видите. Код не зависит от регистра, символа нуля в нём нет.
 


Часовой пояс: UTC + 3 часа



Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1


Вы можете начинать темы
Вы можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете добавлять вложения

Найти:
Перейти:  
cron




Powered by phpBB © 2000, 2002, 2005, 2007 phpBB Group
Вы можете создать форум бесплатно PHPBB3 на Getbb.Ru, Также возможно сделать готовый форум PHPBB2 на Mybb2.ru
Русская поддержка phpBB

Style supported by CodeMiles Team.